tame break

I’m on spring break right now, leaving home tomorrow morning. I left Bard a bit early so I could go to NYC. Slept over at Kostya’s and then met with a professor at City Uni. to talk about an internship. Now I officially have a place to do neuroscience research for June & July. Looking for an apartment in Manhattan.

It’s Passover. We had an informal sader at Inka’s&co. Babushka is here from Israel - she came at the beginning of March! Yosef and I area going to make almond flour cake.

--

Сейчас у меня весенние каникулы, уезжаю обратно в колледж завтра утром. Я уехала из Барда чуть раньше всех, что-бы я могла поехать в NYC. Переночевала у Кости и встретилась с профессором в City University, что-бы поговорит о практики. Теперь есть где заниматься ниуро-science в июни и июли. Ищу квартиру в Манхатане.

Сейчас песах. Устроили неформальный седер у Инки. Еще у нас Бабушка, приехала из Израиля в начали Марта. Сейчас мы с Осей будем печь торт из миндальной муки.

Apocalypse

Перевод внизу, правда перевела только сон.
Аnother TBL event on March 1st, I took pictures. Recording. Photos.

Hannah organized an Apocalypse-themed 21st birthday party. She sent us this wonderful e-mail:
The future's bleak.

But what better way to contemplate the end of days than among friends? Bring the most prophetic, escatological, oracular, orphic, portentous and revelatory verse you can find and let's test the efficacy of poetry as consolation--or curse--or call to arms.

This is what we read – (some of it isn't strictly apocalyptic):
Dinosauria, We – Charles Bukowski

Revelations (Chapters 6, 16, 20) – John the Apostle

A Soul to Bear – Fall of Efrafa

The Marriage of Heaven and Hell (proverbs, plates 4&8, The Voice of the Devil) – William Blake

Ozmandius – Percy Bysshe Shelley

Temporary Autonomous zone – Hakim Bey

Out Out – Robert Frost

Emoting – Amour Fou

Madlove – Amour Fou

Epitaph – Samuel Coleridge

Kubla Khan & Preface – Samuel Coleridge

Ночь, улица, фонарь, аптека – Blok

The Descent of Man –Vistages

Dead Cities: And Other Tales – Mike Davis

The Ants of Gaia – Joe Bageant

Faith and Love or The King and Queen –Novalis

Playin’ with your head – George Carlin

Poetic Edda Norse Verse – Snorri Sturluson

The Poetic Edda (stanza 40) – Iceland

Endymion – John Keats

The Planet is Fine – George Carlin

Life is worth losing (end) – by Geroge Carlin

Letters to Fanny Brawne – John Keats

Descent of Species – David Eagleman

ESPN End of the World – Hunter Thompson

Gods Away on Business – Tom Waits

Excerpts from Journals – Dorothy Wordsworth

A Slumber did my Spirit Seal – William Wordsworth

I had a dream in which I amidst the eternal war between Good and Evil. Big warriors, not all of them human, fought each other with spears and swords. But Good and Evil was pretty arbitrary, really the rules of fighting went like this: if a warrior saw two men fighting, he would decide who was justified in the fight (i.e. if he saw who started the fight, or on a previous fight he observed) and then attack one of the men based on his decision.
Then the powerful leaders of the lands came together and decided to end the war. They built a massive structure around the fighting grounds, like a circular bridge held up by large columns. If a warrior past through, they were no longer on a side, neutralized. To herd everyone through the columns (for they would otherwise simply fight forever) the ground began to crumble from the middle, like a sinkhole. I grabbed a man as he started to stumble under my arm and ran. Outside the columns, everyone stood in silence. But Gollum had been outside the structure when it was built. And so, he quietly shot a man with a poison arrow. Gollum, thin-boned and fragile, was crushed immediately, but it was too late: the Eternal War had been reignited.




Мне приснился сон что я была среди бесконечной войны Добра и Зла. Большие войны, не все человеческого происхождение, дрались копями и саблями. Но Добро и Зло были случайные группы, вообще правела войны были такие: если войн видел что два человека дерутся, он решал кто он думает в праве (например, если он увидел кто начел, или с предыдущей драки) и нападал завися от этого мнение.
Тогда властители этих земель решили что надо кончит войну. Они построили массивную структуру, похожу на мост, вокруг местности где воевали. Если кто-то проходит между колонами, они ставились-бы нейтралами. Что бы всех загнать сквозь колоны (иначе-бы они там просто навсегда воевали) земля стала крошится, начиная с центра. Все стали бежать и воин рядом со мной споткнулся. Я его схватила и тоже побежала. С другой стороны, все стояли в тишине. Но Голем уже был за структуре, до того, как ее построили. Он ядовитой стрелой выстрелил в воина. Голем хрупкий, и его почто сразу убили, но уже было поздно: Вечная Война возобновилась. 

белые трещины

English below.

В вагоне в метро иногда валяются бездомные мужчины. Все от них стоят подальше; они очень сильно пахнут. Если не повезет, то щель в окне развеивает вон на весь вагон. Белые трещины кожи видны сквозь черный слой грязи на пальцах. Бороды и сон закрывают лицо. Иногда, сидят двоя вместе, ничего не говоря.

19: Утром я разглядывала гравюры Рембранта в Музейи Личных Коллекций, радом с Пушкинском. После музея Катя проявилась, мы попили чай в кафе и в скоре меня забрал мой дядя Илья. Мы быстро зашли в магазин, а потом в Кафе Маниа (интересно, это вид все-таки ресторан, и дорогой; им выгодно, то что они приотворяются кафе?) После ужена слушали музыку в консерватории; там играл Денис Мацуев и оркестр. На самого Мазуева как-то не очень хотелось смотреть, так что вместо этого я рассматривала скрипача. В конце концерта, когда были аплодисменты, он взял скрипку как гитару, и, смотря на меня, перебирал струны плацами.

«вот для чего нужен шестой рад» сказал Илья, когда вернувшись в квартиру я ему рассказала. Посмотрели кино Trois couleurs: Rouge – вино, чай, хурма. 

20: Утром мы пошли гулять в парке им. Горкого. После чего я гостила на чай – Симин друг Даня пригласил всех к себе.  Мне пришлось не очень красиво сбежать и встретится с Стасиком, которого я не видела очень давно; второй раз с тех пор как он переехал в Россию.  Мы в школьные годы вмести брали уроки искусства, сейчас он проводит интернет кабил.

 Приснился сон что я дома, но дом большой и белый и разваливается. Мамина подруга Юля живет на соседний улице. Папа получил работу в Лондоне и будет там год. Мама получила работу в Мексике и будет там два года. Я остаюсь следить за братиками.

Шествие в память убитых в 2009 году адвоката Маркелова и журналистки "Новой газеты" Анастасии Бабуровой

Sometimes homeless men lay on the metro car benches. Everyone stands back; they smell foul. If you are unlucky, the stink wafts throughout the cart. White cracks of skin are visible through a layer of black grime on their fingers. Bears and sleep cover his face.  Sometimes two sit together, not saying anything.

19: I went to the Private Collections Museum near the Pushkin Museum to look at Rembrandt etchings. Soon, Katya showed up and we went for some coffee before my uncle Ilya picked me up. We quickly went to a some stores and then to eat at Kafe Mania (which is really a pricy restaurant, I wounder if  masquerading as a cafe helps business). After dinner we went to a concert and the conservatory: an orchestra and Denis Matsuev were playing. But I didn't really feel like looking at Matsuev, so I looked at a violinist instead. At the end of the concert, when everyone was applauding, he took his violin like a guitar and, looking at me, started strumming. 

"so this is what sixth row seats are for" said Ilya when, after having returned back to the apartment, I told him about my stationary endeavor. We watched Trois couleurs: Rouge - wine, tea, persimmons.

20: In the morning we went for a walk Gorkov Park. After that I went for tea - Sima's friend Daniel had invited everyone over. I had to somewhat rudely leave and meet with Stasik, who I had not see in a really long time; for the second time since he moved to Russia. During our school years we took art classes together, now he lays down internet cables.

I had a dream in which I was home, but the house was big and white and falling apart. Mama's friend Yuliya lived on a neighboring street. Papa got a job in London and was going there for a year. Mama got a job in Mexico and was going there for two years. I was staying and looking after my brothers. 

St. John Passion

              Русский внизу

            On the first of March I sang in the choir for Bach’s St. John Passion. Will and I went to smog after that: I was so energized from the singing, and Hannah joined us there and it was so loud that you could only make out the melody if you stood 50 feet back, and it was the first time at Bard that I knew what it felt like to be a boy there: I was in the minority gender wise, for once.

That night Esther arrived from Montreal and the next morning she and Shinno came over and we made a sweet pea omelet for breakfast before going to Tastebudds for lunch. Then my family came and we dined at Mercato’s (Peter Dinklage was eating with his wife at the table behind us). They were in the audience the second night of the concert, and so was Sanya and Esther a record number of Bard friends and two of my psychology professors.

                My family and Sanya came over for tea in my room and handed off everything they brought for me (feta, sour cherry preserves, forks and other good things). Osya and a foldable cot stayed in my room after every one had left. We had had all these grand plans for watching Firefly and Argo, but were too tired to do anything other than sleep. In the morning I made oladushki. Mama, Papa, Sima and Esther came over and we all went to the historic part of Kingston, which is very “Europe meets rich hippies” with places like “Traders of Lost Art” and historic landmarks and boutique shops and a café we went to. 

The music is still stuck in my head, I have yet to watch Argo, and the feta is gone.

                

               

                Первого Марта я пела в хоре Страсти Иуаны Баха. После этого я с Уилам сходила в смог: у меня было много энергии, к нам присоединилась Ханна и было так громко что мелодию можно было различит от шума только отступив 15 метров, и в первый раз в Барде я смогла понят, что значит там быт мальчиком; я была в меньшинстве по полу.

                Тем вечером Эстер  прибыла из Монтреала и утром она с Шинно пришли и мы приготовили омлет с горохом, а на обед пошли в Tastbudds. Приехала моя семья и мы пошли обедать в Mercato (там с женой ужинал Peter Dinklage). На вторую ночь концерта слушала моя семья с Саней, Эстер, рекордное количество Бардавских друзей, и два профессора психологии.

                Семья и Саня зашли в мою маленькую комнату на чай, и подарили мне много всякого прекрасного (брынзу, вишневое варение, вилки...) Ося и раскладушка остались у меня в комнате после того как все ушли. Мы собирались смотреть Firefly и Argo, но вместо этого сразу уснули. Утром я приготовила оладушки, и мы все вмести с Эстер пошли в историческую част Kingstonа, которая очень напоминает Эврошу, если-бы там жили только богатые хиппи. Много бутик магазинов, кафе, и т.д.

                Музыка все у меня в голове как пластинка, я все еще не посмотрела Argo, а брынзу уже съели.